verum in caeco est (с)

истина сокрыта глубоко

Почему русскоязычный украинец может болеть против России.

 До тех пор, пока русский язык является предметом для хорошей драки в украинском парламенте, это остается внутренним делом Украины. Но как только российские телеканалы заводят песнь о «насильственной украинизации двадцати миллионов русских», и «вранье про геноцид, которого не было», ничего, кроме рвотного рефлекса, это у «насильственно украинизированных» не вызывает.

b8ab93afe1eb778d11fe

За то время, что прошло с момента принятия одиозного языкового закона украинским парламентом, пыль, вновь поднявшаяся с, казалось, уже излюбленной темы для манипуляций в русско-украинских отношениях успела немного осесть. Потому вполне возможно попытаться поговорить о том, почему этот закон, тем не менее, не самый удачный повод для манипуляций. Как для того, чтобы повлиять на отношения между двумя государствами, так и для того, чтобы попытаться склонить чашу весов в любую из сторон в противостоянии на предстоящих Украине парламентских выборах.

Достаточно очевидно, что сам закон был использован Партией регионов как верное средство реанимировать излюбленное и беспроигрышное доселе разделение Украины на Восток и Запад. И может показаться, что это сторонникам Виктора Януковича вполне удалось. Несмотря на то, что в стране победившего суржика языковая проблема является скорее мифом, чем реальностью, оппозиция с радостью откликнулась на предложение своих оппонентов и опрометью бросилась ломать копья под Украинским домом.

Бросилась вслед за горсткой сознательных граждан, считающих, что закон, на выполнение которого в дырявом украинском бюджете попросту нет денег, может расколоть страну на две части. О «разведенных, как котята» оппозиционерах представители власти говорят с экранов телевизоров, сами «котята» самозабвенно строчат блоги о том, что «оккупационный режим в очередной раз проявил свою антиукраинскую сущность»… Казалось бы, провокация удалась.

Если смотреть телевизор и читать новости, то так действительно может показаться. Только вот большинство украинцев, как ни странно, не живет в телевизоре, а новости не читает, вполне возможно, следуя совету профессора Преображенского и не желая портить себе пищеварение. Поэтому нет ничего удивительного в том, что социологические опросы свидетельствуют о ситуации, отличной от той, что может показаться реальностью после поглощения новостей из Украины. На самом деле, лингвистические проблемы занимают место далеко не в первой десятке вопросов, которые заботят украинцев. Им, как ни странно, намного тревожней из-за растущих цен и безработицы.

И относительно небольшое количество людей под Украинским домом — наглядное тому подтверждение. Недаром многие защитники украинского языка попытались сравнить себя с достаточно важными для пантеона национальных героев Украины участниками боя под Крутами, тремястами молодых парней, которые должны были остановить наступление четырехтысячного отряда советских войск.

Правда, это слабое утешение для тех, кто считает, что именно язык должен, наконец, сплотить и мобилизовать апатичный народ.

― Это правда, что в Украине 80% газет выходят на русском языке? Чем это можно объяснить ― только лишь привычками читать на русском, которые были выработаны во времена СССР?

― Действительно, большинство газет и журналов в Украине выходят на русском языке. Причина проста ― покупатель хочет платить за издания на том языке, на котором ему удобнее читать. Об этом говорят данные исследований, которые четыре раза в год проводит компания «TNS Украина», а именно Marketing & Media Index Ukraine MMI 2008/3+MMI 2008/4. По состоянию на конец 2008 года основным языком общения в 70% опрошенных семей городского населения Украины (города с населением более 50 тыс. человек) в возрасте 12―65 лет является русский язык. Исследование охватывало 77 городов, было опрошено более 20 тыс. респондентов.

Позиции «защитников» русскоязычного населения также не вызывают особого восторга и у «защищаемых». Дело в том, что положение русского языка, если и можно считать его угнетенным, является таковым лишь на бумаге. Да, единственным государственным в Украине пока что действительно остается украинский.

Но найти чиновника, который бы мало-мальски владел этим языком, например, в Харькове или Севастополе, крайне сложно. О том, что большинство украинской прессы издается на русском языке, а украинские книги представляют собой более пятидесяти процентов ассортимента лишь в специализированных (!) магазинах, и вовсе говорить не стоит.

Как ни странно, благодаря этому сложилась забавная ситуация равновесия. Украиноязычные жители страны учили русский, потому что вольно или невольно потребляли весь тот массив русскоязычного культурного продукта, который обрушивался на них из экранов телевизоров, радиоприемников, газетных страниц и экранов компьютеров.

Русскоязычные вынуждены были учиться понимать украинский, чтобы хоть как-то коммуницировать с официальными инстанциями, где использование государственного языка формально оставалось обязательным. Небольшую лепту в этот процесс внесли обязательное дублирование зарубежных фильмов на украинский в кинотеатрах и реклама, которую также нужно изготовлять исключительно на украинском. Таким образом, как бы ты не заговорил в любом из регионов страны, у тебя были все шансы на то, что тебя поймут, и, вполне возможно, ответят, пусть даже и с ошибками, именно на том языке, на котором ты обратился к собеседнику.

Новый закон уже сейчас злорадно прозвали «законом о праве не знать украинский», ведь лишая государственный язык пусть даже и хилой поддержки в тех регионах, где у него и так дела несладки, он в долгосрочной перспективе может привести к тому, что вышеописанное равновесие может нарушиться.

И тогда болезненный раскол перестанет быть полуфантастической страшилкой для мобилизации электората. Только речь идет именно о долгосрочной перспективе — сам факт голосования в парламенте еще не может заставить людей забыть знакомые слова в ту же секунду. А вышеупомянутое равнодушие большинства украинцев не позволяет использовать закон в качестве инструмента стравливания двух частей страны между собой.

И все бы ничего — до тех пор, пока Украина не станет темой новостей для российских телеканалов. Как говорит один мой русскоязычный знакомый, живущий в Киеве, ничто так не будит в нем желание одеть вышиванку и пойти с желто-голубым флагом на ступеньки Украинского дома, как просмотр новостных сюжетов из Москвы. И его очень несложно понять.

Ведь до тех пор, пока русский язык является предметом для хорошей драки в украинском парламенте, это, в принципе, остается внутренним делом Украины, пусть даже и не выставляющим ее с лучшей стороны. Но как только российские телеканалы заводят песнь о «насильственной украинизации двадцати миллионов русских», и «вранье про геноцид, которого не было», ничего, кроме рвотного рефлекса, это у «насильственно украинизированных» не вызывает.

Ведь попытка поставить знак равенства между «русскими» и «русскоязычными» в украинском случае не совсем справедлива. Действительно, огромное количество людей в этой стране говорит на русском или, по крайней мере, искренне так полагает. Только это вовсе не означает, что они ликуют, услышав, что в Москве не забыли о защите их интересов. И дело даже не в упомянутом выше равнодушии.

За время независимости в Украине успело сформироваться то явление, которое до сих пор не совсем понятно многим россиянам. Прежде всего, политикам. Многие так называемые «русскоязычные украинцы» в своей идентификации давно и всерьез сделали выбор в пользу второго слова в этом словосочетании. То есть, несмотря на то, что их родным языком является русский, считают себя гражданами Украины и зачастую ее достаточно пылкими патриотами.

Самым банальным примером в этом случае является поведение болельщиков — русскоязычность вовсе не мешает данному человеку болеть «против России» в футбольном поединке не только с Украиной, но и, предположим, Польшей. Россия для этих людей не менее чужое государство, чем для украиноязычного жителя Львова. Да, близкое, да, с ним хотелось бы дружить (да и кто в здравом уме хотел бы ссориться с таким соседом?). Но чужое.

И вот когда все эти люди — а их немало, поверьте, — вдруг слышат, что их, как оказывается, «насильственно украинизируют», они на чистом, иногда не очень, русском языке посылают диктора российского Первого канала… В общем, вы знаете, куда они его посылают. Хотя бы потому, что не совсем понятно, по какому праву иностранец (да, иностранец!) начинает давать однозначные оценки истории и внутренней политике страны, к которой не имеет никакого (да, никакого!) отношения.

И проблема эта, к сожалению, актуальна не только для журналиста Первого канала Петра Толстого или президента Владимира Путина с его постимперскими амбициями. Проблема эта как-то совсем серьезно укоренилась в головах многих россиян. И высказывания таких противников всего путинского, как господин Навальный, лишь в очередной раз подтверждают горькую правду о том, что российский демократ заканчивается там, где начинается вопрос взаимоотношений с Украиной.

Именно поэтому очень хочется, чтобы нам дали самим разобраться с тем, когда, как и на каком языке украинцы будут между собой объясняться. И хотя это далеко не единственный спорный момент, неплохо было бы начать хотя бы с него. А там, глядишь, мы начнем болеть за Россию.

 

3b5d43405b8ab700b3ffca9227f2ec2bprofilepic617166_5.gif

GHlsnB286BY  1093 0_8f530_6fdad02f_XL 330x220_173877 10647025_830277670362637_8254906907439032008_n

Реклама

Почему русскоязычный украинец может болеть против России.: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: